Жун Цзиньси

Прямая, вспыльчивая, острая на язык и при этом очень честная. Терпеть не может, когда её жалеют или зовут «драконьей принцессой». Гордится матерью и кузницей больше, чем драконьей кровью. Любит работу руками, жареные каштаны и хорошие поединки. Учится остужать голову — с переменным успехом. С братом спорит постоянно, но первой встаёт рядом с ним, когда тот лезет в драку.

Высокая, крепкая, с широкими плечами кузнеца и лёгкой, пружинистой походкой. Волосы тёмно-каштановые, густые, собраны в высокий хвост, перехваченный медным кольцом; в прядях у висков — несколько тёмно-алых, как остывающий металл. Рогов нет — на их месте под волосами два маленьких твёрдых бугорка, которые она зовёт «недорогами». Глаза разные: левый — тёмно-карий, человеческий, правый — янтарно-золотой, с узким вертикальным зрачком. На левом предплечье и шее — полосы мелкой тёмно-алой чешуи, которая проступает и светится, когда она злится.

Одета практично: короткая тёмно-бордовая куртка с запахом, рукава закатаны до локтя, кожаный нагрудник и широкий пояс с медными пряжками, тёмные штаны, высокие сапоги. На правой руке — кожаная кузнечная перчатка до локтя. Меч — длинный прямой клинок с широким долом, тёмный, как остывший уголь; когда в него идёт ци, по долу пробегают красные трещины жара, будто металл только что из горна. Меч выковала её мать. На шее — шнурок с медным напёрстком матери.

Гость в кузнице. Сто двенадцать лет назад в горный городок Лухуо, известный своими кузнями, пришёл раненый путник с медными волосами. Он не назвал имени, но расплавил голой рукой сломанный засов, когда вдова-кузнечиха Жун отказалась пускать его на ночь. Она пустила. Путник прожил у неё одну осень, помогал у горна и рассказывал, что пришёл «посмотреть на золотую статую, которая убила моего отца». Весной он ушёл в сторону Нефритовых Пиков и не вернулся. Через девять месяцев у кузнечихи родилась дочь с одним золотым глазом. Путник был Огненным Королём звезды Чиянь — сыном Огненного Полководца, павшего в Войне Падшего Мандата. Знал ли он о дочери — неизвестно до сих пор.

Девочка, которая плавила гвозди. Цзиньси росла у горна. В три года она плакала искрами, в семь — плавила гвозди, если злилась, в двенадцать — ковала лучше подмастерьев. Соседи боялись её и звали «полудемоном». Мать звала её «угольком» и учила главному: «Огонь — это работа, а не крик». В пятнадцать Цзиньси выковала свой первый меч, в двадцать — ушла в маленькую горную секту мечников, где её научили держать клинок. Драконья кровь делала её сильнее сверстников, человеческая — давала ей стареть, учиться и уставать. Она выбрала меч, потому что «у меча есть рукоять: его можно удержать».

Пожар в Лухуо. Сорок лет назад мать умерла — от старости, обычной человеческой старости. Цзиньси, в которой драконьего было больше, чем ей хотелось, не выдержала. Огонь вырвался из неё сам — в ночь похорон загорелась кузница, потом улица, потом склон горы. Девушка стояла в центре пламени и не могла его остановить. Пламя погасила незнакомка: невысокая женщина в белом, с серебристыми волосами, которая шла мимо по своим делам. Она раскрыла веер, и пожар покрылся инеем — вместе с Цзиньси. Изо льда на неё смотрели холодные внимательные глаза. «Ты горишь, как один дурак, которого я знаю, — сказала незнакомка. — Остынь. Огонь, который не умеет остывать, сжигает всё, что любит». Это была Нин Шуанъи. Цзиньси до сих пор просыпается от этого холода — и до сих пор благодарна.

Сестра. Нин Шуанъи не говорит Чи Юаню ничего, кроме «нет», уже двести тридцать лет. Но когда шумный принц спустился на Тяньюань, она подошла к нему первой — к ужасу всего лагеря — и сказала одну фразу: «В Лухуо у тебя есть сестра». Чи Юань примчался в Лухуо той же ночью, сжёг по дороге два моста и сарай и вызвал незнакомую девушку на поединок — по обычаю драконов, «чтобы познакомиться». Цзиньси отлупила его кузнечным молотом. Чи Юань хохотал до слёз и объявил это лучшим днём в своей жизни. Счёт их поединков — 1 : 1, и оба считают, что второй раз противник поддался.

Огненный двор зовёт. Чи Юань хочет отвезти сестру на Чиянь — к отцу. Цзиньси отказывается: «Он знал, где стоит кузница. Сто двенадцать лет знал». Вместо этого она пошла с братом к Нефритовым Пикам, где Демоны Бездны лезут из трещин. Там она нашла Цзин Хуана — ту самую «золотую статую», которую когда-то шёл увидеть её отец. Генерал выслушал её и сказал: «Твой дед был храбрым и ошибся. Твой отец пришёл сюда и не смог подойти. Ты подошла». С тех пор Цзиньси тренируется у ворот секты каждое утро — там, где сто двенадцать лет назад остановился Огненный Король.

• Чи Юань — сводный брат. Шумный, добрый и невыносимый. Она чинит ему сапоги и ругает за каждый сожжённый мост.
• Нин Шуанъи — потушила её пожар и сказала Чи Юаню о сестре. Цзиньси её боготворит и немного боится. Нин Шуанъи делает вид, что не понимает, почему девушка краснеет при встрече.
• Лань Цинъи — двоюродная сестра Чи Юаня по матери, Цзиньси ей не родня по крови. Лань Цинъи заявила, что «сестра брата — тоже сестра», и теперь присылает Цзиньси счета за корабли, которые сжёг Чи Юань.
• Цзин Хуан — убийца её деда. Она пришла к нему с мечом и ушла с советом. Сама не понимает, как так вышло.
• Цюй Чаошэн — гарпунщик Облачного Моря. Ненавидит огонь на кораблях и драконов, которые его разводят. Цзиньси помогает ему чинить обгоревшие лодки — в счёт долгов брата.
• Шэнь Ло — звёздный кузнец. Цзиньси показала ему материнский меч; Шэнь Ло долго молчал и сказал: «Хорошая работа. Не трогай его». Высшая похвала, которую она слышала.