Вэнь Сихуэй

Серьёзная, дисциплинированная, прямая. Верит в устав, в утреннюю молитву, в честный выстрел и в то, что долг важнее сомнений. При этом у неё сухое чувство юмора и привычка спорить со старшими, если они не правы. Не выносит лжи, особенно благочестивой. Любит рассвет, горячий имбирный чай и тишину на стене храма до первого луча. Втайне ей очень страшно, что легенда, которой она отдала жизнь, окажется человеком — а человек может разочаровать.

Высокая, стройная, с длинной шеей, прямой спиной и сильными плечами лучницы. Лицо строгое и светлое, с прямыми бровями, тонким носом и твёрдо сжатыми губами; на загорелой коже у глаз — светлые лучики морщин от вечного прищура на солнце. Глаза золотисто-карие, очень ясные. Волосы тёмно-русые, с выгоревшими на солнце медовыми прядями, заплетены в тугую косу, уложенную короной вокруг головы и закреплённую золотистой шпилькой-диском.

Носит белые одежды Солнечной стражи с длинными разрезами по бокам, поверх — лёгкий нагрудник из полированной бронзы с выгравированным кругом из девяти маленьких солнц; на плечах — короткая накидка цвета зари, от золотого к алому. На левой руке — кожаный наруч, на правой — перчатка лучника с тремя пальцами. Лук — длинный, почти в её рост, из светлого дерева, на концах — бронзовые накладки в форме солнечных лучей; тетива отливает золотом. За спиной — колчан белых стрел с золотым оперением. На поясе висит маленькое бронзовое зеркало — знак стражи.

Храм на утёсе. На восточном побережье Тяньюань, на утёсе Первого Луча — самом восточном месте континента — стоит храм Девяти Солнц. Каждое утро девять бронзовых зеркал на его стене ловят первый луч и отражают его на алтарь. Храм основан шесть тысяч лет назад. Его основатель нашёл на утёсе обломок, упавший с неба: кусок золотого знамени с вышитыми девятью солнцами — знаком Стражи Стены. Знамя было рваным и обгоревшим. На нём древними знаками было вышито одно слово: «Держать».

Легенда о Золотом Страже. Храм рассказывает легенду так: на краю небес, где кончается мир, стоит Стена, а за Стеной — тьма без имени. Стену держал золотой генерал, сирота из храма Солнца. Однажды ночью, когда тьма ударила в Стену, он держал её до рассвета — и, пока он стоял, его предали те, кого он защищал. Небеса рухнули, а генерал ушёл сторожить то, что осталось, и превратился в золото, чтобы стоять вечно. Солнечная стража — лучники храма — клянутся «держать до рассвета», как он. В храме говорят, что золотая статуя у ворот далёкой секты Нефритовых Пиков — это он и есть. Никто в храме в это всерьёз не верил. Это была просто красивая легенда.

Солнечная стража. Сихуэй — дочь рыбака из деревни под утёсом. В девять лет она увидела, как лучник стражи с храмовой стены сбил огненной стрелой морского демона, лезшего на берег, — и в тот же день поднялась на утёс и отказалась спускаться. Её взяли послушницей. В двадцать она стала стражницей, в двадцать пять — лучшей лучницей храма за сто лет: на ритуале Девяти Солнц она девятью стрелами сбивает девять бронзовых дисков, подброшенных одновременно. Её стрелы, напитанные утренним светом, слепят и жгут тварей Инь. Последние пять лет она командует ночным дозором на стене. Каждое утро, перед первым лучом, рядом с ней на стене бьёт в барабан её подруга Бянь Сяолэй.

Статуя открыла глаза. Год назад в храм пришла весть: золотая статуя у ворот Нефритовых Пиков треснула и заговорила. Храм раскололся. Настоятель запретил приближаться к «святыне»: «Не наше дело тревожить того, кто держит». Половина стражи считала, что надо идти и служить ему. Другая половина — что это ловушка Культа Кровавой Луны. Сихуэй не знала, что думать. Когда пришёл приказ отправить стражу на помощь секте против Демонов Бездны, она вызвалась первой — «чтобы воевать, а не чтобы смотреть».

Издалека. На фронте она видела его — высокого человека в золотом доспехе с солнечным копьём. Издалека. Она так и не подошла. Она не знает, что сказать легенде. Не знает, что будет, если легенда окажется ворчливым стариком, — или, хуже, если не окажется. Вместо этого она каждый вечер расспрашивает внешнего ученика Чжоу Дана, который видел пробуждение своими глазами: что генерал сказал, как стоял, улыбался ли. Чжоу Дан рассказывает одно и то же уже в сотый раз. Она записывает. Однажды она подойдёт. Может быть, завтра. До рассвета.

• Цзин Хуан — Золотой Страж из легенды её храма. Она ни разу с ним не говорила. Он о ней не знает. Пока.
• Бянь Сяолэй — подруга по храму, барабанщица зари. Сихуэй держит дисциплину за двоих; Сяолэй — смех за двоих.
• Чжоу Дан — её «источник» о пробуждении генерала. Он не понимает, почему строгая лучница каждый вечер угощает его имбирным чаем, но не возражает.
• Цзян Хань и Гао Фэй — два стрелка, спорящие о счёте сбитых демонов. Сихуэй сбила больше обоих и записала счёт на бумаге. Оба оспаривают бумагу.
• Цэнь Линчай — бывшая шпионка Культа. Сихуэй не доверяет ей ни на шаг и честно говорит об этом. Цэнь Линчай отвечает, что это первое честное недоверие за всю её жизнь, и ей это даже нравится.
• Шу Яо — мастер громовых талисманов. Обе — Ян, обе встают до рассвета, обе считают, что все вокруг слишком много спят. Пьют утренний чай вместе.