Лу Чжаньфэн

Спокойный, добродушный, ленивый на вид и очень острый внутри. Обожает спать, пить чай и проигрывать ученикам в го (нарочно). Шутит постоянно, даже на похоронах — «чтобы мёртвые не скучали». В опасности становится другим человеком: холодным, быстрым и беспощадным. Верит, что любого ученика можно научить, — и доказывает это на самом безнадёжном из них, Чжоу Дане.

Высокий, сухощавый, с неторопливыми движениями и лицом человека, который всегда немного дремлет. Длинные чёрные волосы с седыми прядями на висках собраны в узел и заколоты нефритовой шпилькой в форме меча. Короткая аккуратная бородка. Глаза тёмные, с весёлыми морщинками в уголках.

Одет в бело-нефритовые одежды главы секты: белое верхнее одеяние с зелёной каймой и вышитыми горными пиками, широкий пояс с подвеской-печатью секты. За спиной у него веером парят тонкие клинки из белого нефрита и серебра — десятки, иногда сотни, — медленно вращаясь, как ореол. Это обломки Девятого Неба, перекованные в мечи. Отдыхает он, лёжа на самом большом из них прямо в воздухе.

Мальчик, которого слушали мечи. Лу Чжаньфэн вырос в нижнем городе столицы — в квартале кузниц и ломбардов. Он не знал родителей; его кормил старый точильщик, который брал за работу медяк и говорил, что каждый клинок «рассказывает» ему, где его тупили. Однажды Лу заметил, что клинки рассказывают и ему. Ржавый нож на прилавке «просил» его не продавать. Сабля пьяного стражника «жаловалась» на хозяина. В двенадцать лет Лу на спор поднял взглядом кухонный нож — и нож полетел.

Слуга при секте. В секту Нефритовых Пиков его взяли не учеником, а слугой: чистить оружейную. Через год старейшина застал его спящим посреди оружейной, а вокруг него в воздухе плавали все мечи секты — они «укрыли» мальчика, как одеялом. Старейшина разбудил его и сказал: «Завтра — на занятия».

Обломки неба. Нефритовые Пики — не горы, а обломки Девятого Неба. В скалах пиков находят странный металл, который не плавится ни в каком огне. Все считали его бесполезным. Лу Чжаньфэн понял: этот металл тоже «говорит» — тихо, древне, о небе, с которого упал. Триста лет он учился с ним договариваться. Так появилась техника «Тысяча Мечей»: тысяча клинков из обломков неба, каждый из которых летит, потому что сам хочет. Мечи из небесного металла не ломаются и возвращаются к нему, где бы он ни был.

Глава секты. Восемьсот лет назад, во время нашествия Культа Кровавой Луны, Лу Чжаньфэн в одиночку остановил армию Культа у подножия пиков: тысяча мечей закрыла небо на три дня. После этого он стал главой секты. Он отменил порку учеников, открыл библиотеку для слуг и ввёл правило: «Ни один ученик не уходит из секты, пока сам не решит уйти». Именно поэтому в секте до сих пор числится вечный внешний ученик Чжоу Дан.

Золотая статуя и демоны. Лу Чжаньфэн всю жизнь кланялся статуе Золотого Стража у ворот, как и все ученики. Когда статуя ожила и спросила, жив ли Император, Лу первым понял, на чём построена его секта: на тюрьме Небесного Императора и на ране мира. Он не стал скрывать это от учеников. Он сказал: «Значит, мы стоим на страже. Как и стояли. Только теперь знаем, чего».

Один удар. Седой мечник по имени Гу Чэньсюй однажды показал ему один удар — простой, без техники. Лу полгода не выходил из медитации и вышел с сединой на висках и с новым пониманием меча. С тех пор он зовёт Гу «учителем». Гу морщится.

• Шу Яо — младшая сестра по учителю, мастер громовых талисманов. Он доверяет ей секту, когда спит. То есть часто.
• Чжоу Дан — вечный внешний ученик. Лу Чжаньфэн верит в него больше, чем в любого гения.
• Гу Чэньсюй — «учитель» после одного удара.
• Цзин Хуан и Цан Цзюэ — стражи и узник, на которых стоит его секта. Лу поит обоих чаем.
• Си Юэ — считает его мечи «милыми». Он делает вид, что не обижается.
• Сюэ Чжэн — соперница юности. Сто поединков: 49 : 49 и две ничьи. Сто первый отложен до конца войны. Она будит его ножнами по лбу; он говорит, что она единственная, ради кого он просыпается вовремя.